Домой Анатолий Санотенко Возвращение Одиссея

Возвращение Одиссея

(Цикл публикаций к 25-летию пребывания автора в литературе)

 

                   ДОМ

 

Дом, построенный в пространстве, –

Это средоточье века,

Это средоточье мига.

Нет, не обвинишь его в гиганстве,

В замыслах роскошных человека,

Хоть и он, быть может, не от мира.

 

Выйдя из него, в него вернешься, –

Впустит друга друг, открыв все двери,

Как ребенка, примет в свое лоно.

Выйдя из него, ты оглянешься,

Чтобы убедиться в полной мере:

Он такой же, как во время оно.

 

…Куст сирени, расцветя, стал раем

Для души, воспитанной не в Риме;

Также стал отсчетом, точкой жизни

В той стране, что детством называем, –

Юные воспитанники мира,

Пасынки неласковой отчизны.

 

Лето было в бархатной накидке

Из листвы, родившейся к июню,

И имело голос Эвридики.

Я – Орфей, еще не знавший пытки

Расставанья – скорби многострунной,

В мир входил, как в дом входил великий…

 

Это драгоценное пространство,

Этот сокровенный сумрак комнат,

Этот запах времени старинный, –

Это дом души, дом христианства,

Памяти, которая все помнит,

Духа во Христе, отца и сына…

 

Декабрь 1990 – январь1991

 

 

 

           АФРОДИТА

Вновь сердце жалостью убито,

Тоскуя о себе былом.

Когда мы любим, Афродита,

Тебя на помощь мы зовем.

 

Не нужно тягостных усилий,

Чтобы увидеть красоту.

Напрасно время платье шило –

Не спрятать чувства наготу.

 

Меняя имена, не сущность,

Из пены возрождаясь вновь,

Пленила ты мое искусство,

Ведь вотчина твоя – любовь.

 

И знает тайную угрозу

Застывший над ручьем Нарцисс:

Вот запах яблока, вот – розы…

Здесь Афродита – оглянись!

1991

 

 

***

Как я хочу увидеть Божество

И в мире этом, в мире этом,

Где всюду – низкой жизни торжество,

Где мало дней добра и света.

 

Пусть за руку ведет меня мой Бог,

Из духа проступив, как из тумана, –

До черной музыки, до черных дрог –

И дальше, дальше, неустанно…

 

Но, чтоб продолжить верно этот путь,

Который никому из нас неведом,

На карту вечности позволь взглянуть,

Не посчитай все это бредом:

 

Для низкой жизни – низкие слова,

Для духа – дух, для тела – тело.

Моя душа – для Божества,

Она над бездной пролетела…

Февраль 1991

 

 

    ВОЗВРАЩЕНИЕ ОДИССЕЯ

 

…И двадцать лет – немалый срок –

Скитаться, странствовать по свету

Отмерено тебе – урок,

Достойный мудреца, поэта.

Когда ж проклятие спадет,

Как с берега волна, отхлынет,

Корабль судьбы твоей придет

В ту гавань, где любовь не стынет…

 

Не растерять бы по дороге

Все то, что приобретено.

Пусть над тобой смеются боги,-

Еще у Мойр веретено

Кружится в такт земной оси,

И есть на будущее пряжа…

Покоя только не проси:

Для духа он – тюрьма и стража.

 

Беспамятством лечились, чтобы

Все чувства не спалить дотла.

Не такова, нет, Пенелопа,

Что двадцать лет тебя ждала.

Ты ничего не позабыл

Кто родину из нас забудет? –

Пусть ты такой же, как и был,

Но сильно изменились люди.

 

Жужжит язвительный вопрос,

Произнесенный много раз:

«Где побывал и что привез,

И чем порадуешь ты нас?»

И он предстал – полуседой,

С двойным значеньем мудрых глаз:

В них тяжесть скорби мировой

И духа золотой запас.

1992