Домой Анатолий Санотенко Приговор Принципа

Приговор Принципа

(Из романа «Новые приключения Вацлава Принципа в городе жЫвотных». Начало «серии» тут: http://babruysk.by/19000-2/)

 

«В составе группы лиц, по предварительному сговору, осознавая преступный характер своих действий, чиновники имярек совершили вооружённый захват власти, воспрепятствовали утверждению истинных итогов голосования на выборах, чем выступили против воли народа – источника власти по Конституции…»

 

«Какие все же не суеверные они люди… – сочувственно размышлял перед тем, перед этим оглашением, Вацлав Сигизмундович Принцип, поправляя судейскую мантию, пошитую ему в Нюрнберге. –  Высшую меру наказания сохранили – расстрел через повешение!..  Зачем? Сами ведь чего чудят, чего чудят!.. Внесудебные казни, прямые убийства, вооружённый захват власти… Именно за это – по имеющимся статьям в Уголовном кодексе – и расстреливают…  По ныне действующему, так сказать, законодательству.

Но да, да – им никогда не хватало ума и воображения. Как юридического, так и практического… В этом смысле они – олигофрены рода человеческого. Отсталые, недоразвитые индивидуумы… Жаль их. От всей души жаль!  (А Вацлав Сигизмундович всегда жалел сирых и убогих – пусть даже власть по слабости своего ума придерживающих – силовым путём).

Да и кто эти люди, если подумать. Глянешь вглубь их биографии – всё сельские жители… То есть – с мировоззрением отсталым, с ценностями несформированными… По принципу: вот приедет барин – барин нас рассудит; или: не раскрывай рта на собрании, а то председатель колхоза коня не даст – участок вскопать… сена для коровки не выделит… неудобицу для обработки определит, а не нормальный, чернозёмный кусок земли…

И вот, попадают такие люди, с таким, с позволения сказать, «мышлением», с таким  отношением к жизни, к начальству, – в город. С его современными ценностями, с понятием о правах человека, о свободных, справедливых выборах. Выучиваются они на следователей-прокуроров, или становятся полицейскими. И что из этого всего в итоге получается? Да ничего хорошего, дорогие мои коллеги, судьи Нюрнбергского трибунала, и не получается… Вместо того, чтобы законы блюсти, – как и полагается государственному человеку по должности его, – они в рот начальству смотрят… Делают то, что начальство им прикажет, а не то, что закон велит… А там уже и начинается… – должностные преступления уголовного характера, фальсификация фактов,  открытие политических дел в качестве репрессий и подавления…  Следом идёт – коррупция, незаконный (для них как для чиновников) бизнес, опять – уже на этой почве – коррупция, обогащение преступным путём, и, как венец всему, –  участие, в составе группы лиц, в силовом, вооружённом захвате власти.

Но – да, да, – четверть века отрицательного отбора… Животноводы-селекционеры знают, что за это время какого угодно зверя можно вывести…  В смысле – вырастить. Породу правовых «чикатило», скажем… Потрошителей юриспруденции. Маньяков уголовного права…

Вот и «вывели»… Советско-коррупционный гибрид. Преступников по мышлению своему… В погонах и при должностях…

Отсюда – чего уж тут удивляться  – и правовой дефолт, и отключение Конституции как Основного Закона на захваченной ими (временно) территории, и фразы вроде: «иногда не до законов…»

И то сказать – какой же глава преступного синдиката, руководитель ОПГ, о законе беспокоиться станет?  Для него закон, законодательство – это просто игра в цивилизацию, это проявление слабости  – личности и демократического общества, где эта личность обретается. Сам же он – не таков! Сверхчеловек! Диктатор! Вождь! То есть – фюрер, если по-немецки…  Государственный дуче – с правом карать и миловать! Какие тут законы… «Закон – это я!..» – думает такого рода замшелый индивидуум, пока его не задерживают где-нибудь на краю города, в канализационной трубе…

Но что же нам, уважаемые коллеги, участники Трибунала, делать с ними? Какое наказание к ним применить? (Далее – какое-то затемнение в сюжете).

Считаю, приговор может быть таким: «Осудить и отпустить…»  – тут что-то двинулось с места, с замечательной «кинетической» скоростью увлекло его в сторону, и он проснулся. Недовольный тем, что недосмотрел  свой сон до конца, и теперь непонятно, что же имелось в виду… И – каким, на самом деле, будет приговор.