Домой Анатолий Санотенко Об ОМОНе и прочих подразделениях

Об ОМОНе и прочих подразделениях

Я ничего не имею против государства. Более того – я такой государственник, которых свет не видывал. Но, если я такой вот государственник, это не означает, что я – приверженец или любитель Лукашенко, который 26 лет позиционирует себя в этом же качестве, заставляя поверить в это (обманом, хитростью и лестью) многих не только в Беларуси, но и в других странах мира.

Но – обо всем по порядку.

Бобруйск. Сентябрь 1992 года. В Городском доме культуры проводится масштабный рок-концерт статуса рок-фестиваля. Заглянул туда и я – тогда Анатолий Варшавский, ведущий «полосной» рубрики «Творческий клуб» в газете «Коммерческий курьер».

Было шумно – как на всех рок-концертах, но – прилично. Никто не буянил, не дрался. Даже выпивших не было. Ушел домой в приятных чувствах.  А потом узнаю: могилевский ОМОН после моего ухода захватил в плен (в фойе Дома культуры) какое-то количество бобруйских рокеров, кого-то при этом крепко избив, – застоявшись в стойле дурной конской энергии и – как не трудно догадаться – ничего не зная о законе и правах человека.

Чтобы был понятен «уровень» этого преступления, напомним: недавно, год тому, из Бобруйска уехал Шура БИ-2 (Лева БИ-2 родом из Минска), который до самого своего отъезда руководил бобруйским рок-клубом; а в 1992 году этот клуб  уже возглавлял не менее для нас всех известный чел – Юрий Мищенко (Шланг).

И вот, на это «наследие» БИ-2, по команде командиров,  напал могилевский ОМОН, в очередной раз приехавший в Бобруйск «поразвлекаться» (в Бобруйске в те годы своего подразделения ОМОН еще не было).

Почему в очередной раз, потому что таких «эпизодов», насколько помню, тогда было несколько, и в 1993 году, если не изменяет память,  очередное такое нападение на Бобруйск (вечером «патрулировали» улицы) закончилась тяжкими телесными, и эту «лавочку» кто-то  решили все же прикрыть, заодно «прикрыв», конечно, от наказания и своих «полицайн», спущенных с цепи.

С тех пор, как видим, если знакомы с арифметикой, прошло 27 лет, сейчас «действует», наверное, уже какой-нибудь четвертый их «выводок». И ситуация с их командирами, с их мозгами, с пониманием (уважением, признанием) закона и прав человека у этих людей стала еще хуже. Причем – намного. Настолько, что они со своими подразделениями сейчас балансируют на грани международного суда и обвинения в «преступлении против человечности». Думаю, так оно и будет, чуть позже. То есть – обвинят.

Кто до этого (задолго) ходил в таких  же «героях» – Нюрнберг вам в помощь. Вашей памяти.

Десятого августа возле бобруйского ИВС была брутально задержана, с ударом дубинки по таким местам, по которым может бить только маньяк-потрошитель, была задержана наша журналистка, освещавшая там события – суды над задержанными накануне, девятого августа. На  ее вопрос: «По какому праву вы меня бьете?», – омоновец, глядя ей в глаза, спокойно ответил, используя нецензурную лексику: «Ещё не так получишь, убьем, сегодня можно».

И это – преступление, это угроза убийством.

Пришло время сказать: натравливать ОМОН и другие подразделения  на беларусский народ – это преступление перед народом, а не только перед законом.

Избивать мирных граждан – до полусмерти, до физических увечий – это преступление: злоупотребление, превышение власти; причинение тяжких телесных.

Стрелять (кто стрелял – пока  неизвестно, видимо, одно из спецподразделений  МВД или КГБ) в безоружного, одиноко стоящего перед их шеренгой, мирного протестующего – это преступление. Фактически – это расстрел гражданина Республики Беларусь на улице Минска…

Пытки, издевательства, унижения и т.д. над беларусами – это преступление, за которое надо нести ответственность и по-беларусскому, и по международному законодательству.

Те «отцы-командиры»,  те политруки (особенно), кто воспитывал, растил этих чудовищ, кто разрешил им убивать, калечить граждан Беларуси, – преступники.

И если они это еще не поняли, то скоро поймут, ведь невозможно жить в государстве и быть свободным от государства. Как говорится, ничего личного, только закон.