Домой Анатолий Санотенко К Богу – через полицию!

К Богу – через полицию!

(Удивительная история о том, как бобруйская полиция обыскивала всех, кто входил в храм Божий).

(Из сатирического романа «Новые приключения Вацлава Принципа в городе жЫвотных»)

Начало «книжной серии»:  http://babruysk.by/19000-2/

 

Вацлав Сигизмундович не был бы Вацлавом Сигизмундовичем, если бы не был католиком (и наоборот).

Но он – был, – и тем, и другим. И даже ходил вот в костёл.

Бобруйский костёл  постбольшевики изувечили ещё пятьдесят лет тому назад. Ещё тогда, когда… Не в баснословные, но тоже интересные времена «повелителя кукурузы».

Дело в том, что большевики – мил-коммунисты – всегда как бы стыдились самого факта существования Бога. Бог был под запретом (не получив разрешение на свою деятельность в горисполкоме), как и религия. Опиум для народа, мол, и всё такое.

С религией, а также с её частным случаем – церковью, советская власть боролась (самозабвенно) в несколько этапов.  Первый приступ (апоплексический – апокалипсический) был почти сразу после октябрьского переворота в 1917-м. Предпоследний – сразу после Второй мировой, когда костёл снова закрыли (в первый раз это было сделано в 1935 году). Последний приступ, тоже довольно визуальный, случился в 1963, когда они снесли остроконечную звонницу костёла и вмонтировали в него пятиэтажную кирпичную пристройку, скрыв от глаз горожан дом Бога.

Как вмонтировали – так она, пристройка эта, и стоит до сих пор. Между тем чего только не было в костёле после двух закрытий – и склад, и областной музей – со своими сельскохозвыставками,  и всяко-разно концерты, включая рок-н-ролльные…

Длительное время, несколько десятилетий, в пристройке к костёлу располагался местный стройтрест, а рядом с ним – в уже постперестроечный период –  ряд частных офисов – фирм разного калибра…

Формально костёл передали верующим в 1990 г. После этого  пристройка к нему была то собственностью стройтреста (до его «торжественного» банкротства), то города… Власти, хоть и далеки они были от религии, действовали вполне «по-иезуитски»: мол, да, мы пристроились к вам (потом выяснилось, что документов на этот счёт ими никаких не оформлялось), но сносить  пристройку – вам! За ваш собственный, так сказать, счёт. Хотите – сносите… А то – пусть так стоит.

Денег на снос и т.д. у общины – не было. Стояла «так».

Верующим приходилось, – идя в костёл, к Богу, – первоначально пересечь эту самую «вавилонскую башню» коммунистических времён…

Время, как ему и свойственно по его природе, –  шло, костёл – действовал, жил своей жизнью. Духовной, религиозной.

Но, как оказалось, генетический код большевиков пальцев не раздавишь. (Вацлав Сигизмундович пробовал – даже у него не вышло). Генетика по Геббельсу-Суслову выстреливала то там, то здесь. То – местные полицайн – с помощью ОМОНа всех входящих в театр проверят (даже артистов, спешащих на репетицию). То вот – центральную площадь перекроют (ища на ней чего-то – видимо, затерянные ум, честь и совесть, – хоть и говорят, что это такая подготовка к грядущим празднествам, – видимо, к «празднику тоталитаризма»), и никого на неё – через неё – не пускают, и жителям окрестных домов приходится обходить свои «родные места» за тридевять земель…

Принцип наш Вацлав Сигизмундович даже «отшучивался» (как отстреливался), – предлагал вот поставить посты у входа в гипермаркеты, принадлежащих «кошелькам» всё ещё действующего, «долгоиграющего», правителя, или вот – у входа-выхода из каждого подъезда. «И – желательно, чтоб там, кроме рядовых, стоял также начальник милиции, или его заместитель – с увеличением, стало быть, количества заместителей начальника полиции – в соответствии с количеством подъездов в Бобруйске…» – говорил с серьёзным видом Принцип.

Но – шутки-то – шутками… Да вот начали они, шутки эти, – как в каком-то идиотическом сне – становиться реальностью… Вацлав Сигизмундович даже – на всякий случай – в эту сторону иронизировать перестал, – суеверно-предусмотрительно.

Но – радость, радость! Наступило – пришло очередное католическое Рождество, народ   бобруйский, в радостных чувствах, повалил в костёл – порадоваться «общинно» Рождению Христа…

И не знал он, народ бобруйский, католический, что в местной «охранном отделении» тоже кое-что родилось… То есть – в голове у кое-кого… Такое! Такое!.. Даже германские товарищи местных  «социалистов» в своё время не учудили ничего подобного – «креатива» не хватило, хоть и арийцы…

В общем, скажем: приходит Принцип на торжественную вечернюю мессу, а у входа в костёл… два полицмейстера.  Которые проверяют-обыскивают всех прихожан… Металлоискателем проводят – словно крестят по-сатанински «перевёрнутым» крестом, – а что у вас тут  в сумке лежит, а что у вас там в карманах завалялось…

Словом, чего уж там, – картина такая: хочешь попасть «на приём» к Богу, сначала пройди через нас, полицию. Может, и разрешим. Если всё нормально будет.

Это ещё хорошо, что местные умельцы-учёные не придумали устройства,  «считывающего» мысли. Иначе бы всех входящих в храм  пришлось бы перенаправить в Изолятор временного содержания – по случаю зафиксированных неоднократных оскорблений тех, кто это всё придумал… А дальше – в концлагерь, в концлагерь их, –  что уже приготовлен в Брестской области… Всю паству!

А что же Принцип?

Ну, Принцип не был бы Принципом, если бы он дал поступить с собой подобным образом. Поэтому в костёл он прошёл «так» – просто раздвинув своими плечами двух дрожащих у входа «золдатен» и прошествовал дальше, в Дом Бога…