Домой В регионе Александр Русаков – на фоне Бобруйска и «художественного» училища

Александр Русаков – на фоне Бобруйска и «художественного» училища

Александр Русаков «Небожители» из ХГПТУ-15

В 70-80г. прошлого века, когда молодой человек в Бобруйске говорил, что он или она учатся в ХГПТУ-15, эта новость производила, можно сказать, сногсшибательный эффект. На них смотрели, как на небожителей. Конкурс на художника-декоратора был до 19 человек на место!

Черты к «портрету»: на территории училища находилось шесть музеев, и практически каждый день посетить их стремилось множество туристов. Как-то, много лет спустя, я рассказала о музеях училища, на английском языке, в Уэльсе, и меня тут же пригласили на заседание Европейского центра культуры…

Для мастеров и преподавателей трудовые будни – это была работа в режиме нон-стоп, без выходных, и – постоянное напряжение… Тогда, во времена Советского Союза, в ХГПТУ-15 был весь Союз! Здесь учились дети из Узбекистана и Прибалтики, Украины и Молдавии, России и Белоруссии…  А что касается возраста, то случалось, что учащиеся были старше своих мастеров!

Практически все члены Союза художников, которые жили и творили в Бобруйске, в разное время своей творческой карьеры работали в ХГПТУ-15

Дух Высоцкого – в «художественном» училище

Помню, приехал в наше училище молодой парень с прической Анджелы Девис. Его фамилия была Высоцкий. Говорил по-русски с акцентом. Но не удивительно – приехал из Сухуми! Помню, что бегал по училищу с журналом «Профессиональное образование», на обложке которого был портрет симпатичной девушки, учащейся нашего училища… И он нашел ее!.. А потом они поженились!

 Русаков И в это же время, в группе художников росписи по дереву, учился мальчик, у которого была «органика» Высоцкого. Он не стремился подражать великому мастеру, просто он таким родился. В этой группе я вела английский язык. Александр в школе учил французский, и начинать учить английский ему совсем не хотелось. О чем позже очень жалел. Значит, уроки даром не прошли! Но я никогда не смотрела на учеников через призму отношения к своему предмету. В Александре я видела перед собой человека с тонкой душевной организацией, который каждую свободную минуту использовал для того, чтобы  рисовать карикатуры. Это умение давало ему возможность не только  остро видеть, но и мгновенно подмечать самую суть в человеке. И у меня с Александром Русаковым – так его звали – сложились хорошие отношения. Я понимала, что передо мною не просто ученик, а очень талантливый парень. Считала своим долгом непременно помочь ему на этом этапе жизненного пути.

Драмкружок

В училище в то время было много кружков художественной самодеятельности. Некоторые, наиболее активные  учащиеся, посещали сразу несколько, им везде хотелось успеть и взять за время обучения в училище как можно больше.

Руководила драмкружком актриса Могилевского областного театра Лариса Федоровна Бархатова. Когда была премьера, то приезжали даже из Минска. Двери актового зала были открыты, и великое множество зрителей стояло в вестибюле.  Атмосфера творчества была везде! Чем бы ребята ни занимались, они старались подойти к делу творчески.

Замполитом в училище был Валерий Грищенко. Саша очень глубоко работал над ролью в спектакле «Круги замыкаются» И. Лазутина, и он решил в этой роли сделать пародию на   замполита. Александр настолько глубоко погрузился в образ, что даже внешне стал на него походить. На премьере присутствовал директор училища Аркадий Егорович Ларин. Как только Саша появился на сцене, директор на весь зал воскликнул: «Замполит!». Это, пожалуй, была самая высокая оценка творчества…

Всесоюзный трудовой оздоровительный «Прибой»

Этот лагерь находился на берегу Черного моря, близ Анапы.

В этом лагере я была дважды. Один раз руководителем делегации, а второй раз зам. начальника лагеря. Здесь были представители практически всех Союзных республик. И в этом лагере, как нигде, ты чувствовал себя частью огромной, сильной страны! Месяц пребывания там расширял кругозор, давал яркие, сильные эмоции и впечатления.

Был там и Саша Русаков. Группа состояла из творческих  ребят, и мы работали хорошо отлаженной командой. 22 июня нам поручили провести День памяти. Хотелось сделать так, чтобы этот день запомнился всем. В 4 часа утра, 22 июня, Саша, голосом Левитана, объявил  по лагерному радио о начале войны…  А так как в месте нахождения этого лагеря была  отличная акустика, то его речь, произнесенная голосом Левитана, услышало и высокое начальство из Москвы, которое в это время находилось в пансионате. Им настолько понравилась «подача» данного мероприятия, что никого даже не наказали – за раннюю побудку. В общем, «разбора полетов» не было.

Да, у Саши были хорошие имитационные данные. Конкурсы и соревнования следовали один за другим. Они давали возможность  проявиться всем сторонам его внутреннего потенциала.

В лагере у Александра появилась возможность  выступать чуть ли не каждый день. Он нарабатывал опыт выступления, появилось хорошее чувство аудитории, что, бесспорно, пригодилось  ему в дальнейшем. И, глядя на Сашин рост, я понимала, что индивидуальность все же создает среда.

Мы представляли «всю» Беларусь и чувствовали очень большую ответственность. Заключительным событием того дня были венки, которые опускали из лодок в открытое море. Это было настолько эмоционально сильно, что осталось в памяти на всю жизнь.

Спектакль Шварца «Тень»

Драмкружок взялся за серьезную работу, решив поставить сказку Шварца «Тень». Саша Русаков писал зонги к этому спектаклю. Было видно, как он вырос, какой идет большой внутренний ускоренный рост этого молодого талантливого человека…

Вскоре после спектакля я сказала  Александру, что он должен поступать в ГИТИС. Саша отреагировал очень эмоционально. Вы что, с ума сошли? Из Бобруйска в ГИТИС? Тогда он не понимал, что провинция – это мозги, а не место жительства.

Но чем больше упорствовал Саша, тем большую настойчивость проявила я. Для начала решила пойти к его родителям и убедить их в том, что он должен поступать в это высшее театральное заведение. К моему большому удивлению, долго убеждать не пришлось. «Если вы так считаете, то пусть едет в ГИТИС», – таковы был ответ родителей. Я, в свою очередь, пыталась внушить Саше, что туда поехать необходимо, – прежде всего, для того, чтобы увидеть «уровень», чтобы выслушать высокопрофессиональное мнение о своем творчестве. И если он не поступит, то ничего в этом страшного нет. И лед – тронулся…

Поступление в ГИТИС

 Русаков Саша поддался на мою агитацию насчет того, что поездка в Москву, поступление в ГИТИС носит прежде всего познавательный характер, и поехал туда с младшей сестрой Наташей.

Он практически не готовился к предстоящей презентации своего таланта. В аудиторию вошел с гитарой. Сказав несколько строчек из Шукшина и увидев лица серьезной комиссии, замолчал. Но в нем жил Бобруйск. И он мгновенно нашел выход в, казалось бы, совсем безнадежной ситуации.

«А можно я спою?» И ему тут же предоставили такую возможность. Он отработал свою программу, вышел в коридор, где его поджидала группа поддержки в лице сестры Наташи, и они направились к выходу. Хорошо представляю этих детей на фоне респектабельной публики, которая поджидала своих чад в этом коридоре…

В это время, позади себя, он услышал голос секретаря: «Мальчик, мальчик, приходите после обеда! Вас еще будут слушать».

После обеда собралась комиссия в расширенном составе. Группу себе в тот раз набирал Иоаким Георгиевич Шароев. Именно через его руки прошли такие звезды эстрады, как Алла Пугачева, Лайма Вайкуле, Евгений Петросян, Клара Новикова, Надежда Бабкина и другие. Иоаким Георгиевич был человеком, который мог мгновенно и точно угадать талант в другом человеке.  И то, что из такого множества абитуриентов он выделил Александра Русакова, – говорит о многом.

Из Москвы Саша приехал окрыленный, прибежал ко мне домой и с полной уверенностью заявил: «Я поступлю!» Здесь пришло время удивиться мне.

«Ты с ума сошел!»

«Вот увидите! Я вытащил 10-й номер. Это – мое число!»

Конкурс был 800 человек на место. В его группе оказался парень, который всячески стремился походить на Высоцкого, а Саше Русакову и стараться не надо было, нужно было просто быть собой.

При поступлении ему было сказано:  «Хотя в Вашем творчестве есть знакомые, трагические нотки, мы Вас берем, потому что у Вас есть много и своего».

 В/ч 42622 А

 Поучившись немного в ГИТИСе, Александр Русаков был призван в Армию. И пошли непростые для него армейские будни в военно-воздушных Силах Красноярского края, где даже не было время, чтобы «уйти в себя». Но так как Саша очень любил наблюдать людей, он находил прекрасный материал для своих новых песен. На творчество времени не было, но он уже знал, о чем будет писать!

А потом было долгожданное  возвращение в свою любимую alma-mater.

Зачетный концерт в ГИТИСе

Как-то, находясь в Москве, в командировке, и проходя мимо ГИТИСа,  я решила сделать Саше сюрприз. Придя в институт, узнала в деканате, что у него идет зачетный концерт; мне дали адрес их учебного театра.

Я вошла в вестибюль с букетом цветов и услышала, что Саша – на сцене; он исполнял одну из песен спектакля «Тень» Шварца. Быстро войдя в зал, я направилась к сцене. Александр закончил петь, слегка поклонился и собрался уходить. Я позвала его по имени, он не услышал, и тогда я изо всех сил крикнула: «Русаков!», – воспроизведя «атмосферу» урока. Саша повернулся, и все в зале, включая высокую комиссию, поняли, что это была не домашняя заготовка.

Находясь в зрительном зале, я видела практически всю Сашину группу. На их фоне он был самый яркий, самый талантливый.

Где родился, там пригодился…

Закончив ГИТИС, Александр Русаков работал на многих площадках столицы СССР. Еще в институте ему была присвоена 1-я категория артиста эстрады. Исходя из квалификационных требований, артисту 1-й категории необходимо иметь яркую творческую индивидуальность, выдающиеся сценические данные, высокое профессиональное мастерство.

Однажды он был в одном концерте с Кларой Новиковой, что, конечно, говорит о его хорошей форме. Они выступали в зале на 2000 мест. Клара Борисовна научила его правильному настрою на большую аудиторию и обратила внимание на то, что многое зависит от самого первого слова, фразы, предложения, сказанного в микрофон.

Сашины товарищи по курсу были первыми, кто стал снимать телевизионные клипы для артистов эстрады. Они сняли и Александра Русакова  в клипе Ларисы Долиной «Кот-бегемот». Саша был в главной роли кота-бегемота.

В студенческие годы ему удалось познакомиться и пообщаться с  М. Жванецким, Г. Хазановым и др. В это время он немного снимался в кино, в ролях второго и третьего плана. На одной из таких съемок его познакомили с  Игорем Тальковым. Но грянули «лихие» 90-е…

В августе 1991 г., во время ГКЧП, он был защитником Белого Дома. Защищал демократию – как ему тогда казалось. В это же время ему пришлось вернуться в Бобруйск… Известно, что дома и стены помогают.

И вот Александр Русаков опять в родном для него ХГПТУ-15, только сейчас он уже назывался Бобруйский художественный колледж. Руководил в колледже самодеятельностью.

Он удивлялся тому, что судьба поступила с ним таким вот образом, но, как говорится: «Получи – распишись!»

Кроме  ХГПТУ-15, в Бобруйске он поработал сценаристом массовых мероприятий в методическом кабинете отдела культуры горисполкома, в телестудии «Веста», где озвучивал рекламные и информационные видеоролики, поруководил студией, где обучал молодых людей игре на гитаре…

Он ушел на пике…

 БардНоябрьский день 2007 года, когда я узнала о том, что Александра Русакова больше нет, без преувеличения стал одним из самых трудных в  моей жизни. Об уходе таких, как Саша, говорят: ушел на пике. Учителю необыкновенно трудно хоронить своих учеников. И даже сейчас, спустя столько лет, я не могу  до конца поверить в реальность произошедшего…

Своим учителем Александр Русаков, считал  Владимира Семеновича Высоцкого. Конечно же, он знал, что у него есть так называемая «органика» Высоцкого, ему об этом очень много раз говорили, да и сам он это чувствовал. Когда Саша выходил на сцену с гитарой, это сходство всегда усиливалось. Как и его учитель Высоцкий, он  очень рано ушел. Судьба!

Своему учителю, с которым он никогда не встречался, а только общался мысленно, Александр Русаков посвятил  один из зонгов к сказке Шварца «Тень».

 

 ГИМН ЧУДАКАМ

                         Памяти Владимира Высоцкого  посвящается

 

Ну вот, чудак, пришел твой смертный час,

Со всех сторон ты окружен охраной,

И смерть уже не в профиль, а в анфас

Свирепствует с улыбкою тирана.

Уже палач топор свой заострил,

Враги злорадствуют, как звери,

Вот кто-то из толпы заголосил,

заголосил,

А у тебя в глазах слепая вера.

И вот твой взор окутал черный смерч,

Старуха-смерть косою полоснула…

Но вот врагам назло,

переступая через смерть,

Твоя душа   в бессмертие шагнула.

Ах, чудаки, ах, эти чудаки!

Их судьбам не завидуют и черти.

Давили их, травили их,

Бросали их в костры

И признавали только после смерти.

За их  чудачеств  праведный поход

Впились к ним в вены умники-вампиры,

И чаще, чем других , их брали в оборот,

И время было к ним несправедливо.

За все святое, все, что ставилось в укор,

За честь, за совесть, за идеи,

Джордано Бруно был к костру приговорен,

И Пушкин был застрелен на дуэли.

Но, ненавидя, бросил вызов ты, Чудак,

Всем тем, которые, как тени,

Руками черными терзали Жанну Д’Арк,

Подпиливали струны Паганини.

Ах, чудаки, ах, эти чудаки,

Их судьбам не завидуют и черти,

Давили их, травили их,

Бросали их в костры

И признавали только после смерти!

Покуда наши честь и совесть не во мгле,

Нам и потомкам знать бы не мешало,

Как в злой мороз Космодемьянская в петле

В лицо врагам смеялась и плевала.

А чудаки не прятались, когда

Как крысы, умники спасали свои шкуры.

Они взлетали в небо,

поднимали города,

А в сорок первом шли на амбразуры.

В любое время и в любой стране

Хватают подлость и ведут к ответу.

И пусть недолгий век их на Земле,

Руками их вращается планета.

А чудаки не ползают в ногах

И не улыбаются в угоду,

Они во всех веках горели на кострах

И всем назло смеялись с эшафота!

Они во всех веках горели на кострах

И   на врагов плевали с эшафота!

 

ДРУГИЕ СТИХИ АЛЕКСАНДРА РУСАКОВА

 

ЧЕЛОВЕК  РОДИЛСЯ

 

Люди, скажите, откуда, откуда

Сказка и жизнь начинают свой век?

Видимо с чуда, и только от чуда

И появился на свет человек.

Сделал малыш первый шаг недоверчиво,

Вот и упал, и опять не везёт.

Ну, ничего, завтра будет полегче.

Легче? А может быть наоборот.

Он ведь ещё не ругался, не дрался,

Не оскорблялся, и потому

Сказочный мир разноцветным казался

И улыбался ему, и улыбался, и улыбался ему.

Что же, Чудак, ты имеешь для счастья?

Что же для счастья есть у тебя?

Нет ни хором, нет ни денег, ни власти,

Есть лишь открытая настежь душа.

Есть в этой жизни, тебе говорили,

Щедрость и жадность, правда и ложь,

Но только пока не столкнёшься ты с ними, –

Жизнь не узнаешь ты и не поймёшь.

Ну а покуда ты жизни не знаешь,

И за незнание скажут: «Плати!»

Скоро узнаешь ты, скоро узнаешь

Радость любви и измену любви.

Будут слепить тебя злые туманы,

Будут хлестать тебя сплетен дожди,

Встретишься с подлостью ты и с обманом,

То ль ещё будет, то ль ещё будет,

всё ещё будет,

всё впереди…

В детстве читал ты сказки об этом

И ненавидел всей детской душой

Ведьм, злых кощеев и людоедов,

Тех, кто в родне со свирепой бедой.

Но, распрощавшись с безоблачным детством,

В мир ты с распахнутым сердцем вошёл.

Но стал замечать, что живут по соседству

Те, о которых ты в детстве прочёл.

Дальше пойдёшь ты по терниям острым

С болью, но, не закрывая лица.

Ах, как не просто, ах как не просто

Эту дорогу пройти до конца.

Будешь гадать, сомневаться, пророчить,

Будешь страдать и себя изводить.

И всё потому, что захочешь ты очень

Мир этот древний, мир этот странный

мир этот вечный переменить.

Переменить, сделать так, чтоб у власти

Были бы звёзды, а не фонари.

Переменить, сделать так, чтобы счастье

Всюду парило на крыльях любви.

В разное время жили, горели

Точно такие, как ты, чудаки.

И за такие простые идеи

Многие отдали жизни свои.

Жизнь – это сказка, а в сказках под масками

Добро беспощадно воюет со злом.

И всё-таки жаль, что правдивая сказка

Чаще бывает, чаще бывает, чаще бывает

с печальным концом.

 

ПРОЩАЛЬНАЯ ПЕСНЯ

 

Ну вот и прощаться,

Ну вот расставаться

И нам разъезжаться настала пора.

Обидно и больно, но сердце невольно

Подскажет, что ждут нас обратно родные места.

Замелькают вагоны, замелькают перроны,

Замелькают деревни и города,

Но наших мечтаний и воспоминаний

У нас не отнять никому никогда.

Но наших мечтаний и переживаний

У нас не отнять никому никогда.

Мы вспомним, как чайки над нами кружились

Над нами кружились, кружились,

О чём-то смеясь и грустя.

Как море плескалось, о камни ласкалось,

И била о пирс за волною волна.

Замелькают вагоны, замелькают перроны,

Замелькают деревни и города,

Но наших мечтаний и воспоминаний

У нас не отнять никому никогда.

Но наших мечтаний и переживаний

У нас не отнять никому никогда.

А так ведь бывает, что кто-то скучает, –

Не надо, друзья, поддаваться тоске.

А новые встречи от боли излечат,

И новые дали поманят к себе.

Замелькают вагоны, замелькают перроны,

Замелькают деревни и города,

Но наших мечтаний и воспоминаний

У нас не отнять никому никогда.

Но наших мечтаний и переживаний

У нас не отнять никому никогда.

Мы будем встречаться, мы будем прощаться,

У каждого будет дорога своя.

Не знаем покуда, кто Бог, кто иуда,

Но знаем, что есть у нас где-то друзья.

Мелькают вагоны, мелькают перроны,

И кто-то кому-то вдогонку кричит:

– Не забудь!

Мелькают вагоны, мелькают перроны,

До свиданья, ребята, счастливый вам путь!

До свиданья, ребята,

счастливый вам путь!

 

https://vk.com/video185226394_171421538

 

Публикацию подготовила Любовь Бидюк