Домой Анатолий Санотенко Улетающая Титовка

Улетающая Титовка

(Четырнадцатая глава из романа в фельетонах «Бобруйск и его жЫвотные, или Невероятные приключения Вацлава Принципа в стране победившего идиотизма»)

 

Когда-то определенно был какой-нибудь Тит (прошу вас, не отпирайтесь, ведь был же, был?).

Если судить по названию этого места – да, был.

И жил он за рекой Березиной, и имелась у него – как мы можем подумать – своя мельница. Или – млын.

Тем и прославился. Ведь мельники в тагачасныя времена считались важными людьми, столпами общества.

Определенно бобруйчане говорили: помолотить зерно у Тита, съездить к Титу, –  потолковать о стоимости помола. Тит – сказал; Тит – сделал…  И так далее.

А может быть, они даже говорили – медовуха «Тита», гарэлка «Тита»…

Так и осталось – Титовка.

А еще в тех местах очень любили останавливаться цыгане. Разобьют себе табор за Бобруйском и ходят в город – промышлять.

Кто – погадать, кто медведя «поводить» по городским улицам, за небольшую плату… А кто и – сами понимаете…

Когда эти земли отошли российской короне (насильственным образом), там поставили крепость. Разрушив перед тем средневековый Бобруйск, – с его Ратушью, десятками каменных строений, кирмашом, двумя замками: старым и новым.

Фортеция на Березине по тем временам – начало 19-го века – вышла знатной, ничего не скажешь. Была она одной из крупнейших в Европе и – «внушала»…

Но «внушала» она больше военным стратегам тех времен. Поскольку Наполеон, когда вторгся в эти земли (неся свободу, смерть, мор – разом), не будь дураком, обошел крепость на Березине стороной, оставив под ее стенами лишь дивизию генерала Домбровского.

В общем, из «серии»: а я и не знал, что надо было обязательно брать эту фортецию… Никто не подсказал вот…

В общем, неуч он был, Наполеон. Не хотел подчиняться российской военной науке.

Как мы знаем из истории, война закончилась с неудовлетворительным для Бонапарта результатом –  и стала «крепость на Березине» жить мирной жизнью.

Само собой, в ней  находились имперские войска, – ну там гусары, гренадеры разные – очень модные по тем временам подразделения.

И любили они – гусары и гренадеры (как им и полагалось по роду их войск) – к цыганам за речку ездить. Поедут – и поминай, как звали. Неделю их не жди, не иначе…

Кто-то даже полковую кассу там просаживал и не избежал «суда офицерской чести»…

Определенно, была в таборе какая-нибудь цыганка Аза, которая – махнет цветастыми юбками, позвенит монисто – и половину офицерского состава как ветром сдуло из полка.

Все сидят за Березиной, хлещут шампанское и прочие вина из разноцветных бутылок… Музыка, песни, шум, веселье, «к нам приехал, к нам приехал…», «дорогой, дай погадаю…», «позолоти ручку…».

В общем – было.

Теперь – нету.

И «дорогие» закончились, и вообще…

Но табор – остался.  Остепенился,  домами оброс, огородами (хоть и запрещено это им, детям солнца, в земле копаться)… Даже стал он частью Бобруйска – вошел в один из его административных районов. Вместе с Титовкой, разумеется.

И – никто-то в таборе не работал… То есть – официально чтобы, – с  трудовой книжкой и тому подобное.

Тогда – как же?

Откуда сие?

Не господа же офицеры в 19-м веке столько оставили, что до сих пор хватает…

Ну, в общем, пришла пора сказать: наркотрафик.

К концу 20-го века оказалось, что этот самый наркотрафик является «обоюдовыгодной» вещью. Табор имел свое, полицейское начальство и прочие специальные службы – свое… На паритетных началах, так сказать.

Табор – процветал, обустраивался. Его не трогали. Начальники полиции (которым этот «бизнес» передавался «по наследству», от предыдущих «опогоненных» начальников) – тоже не бедствовали, имея крайне солидную «надбавку» к своей «скромной» подполковничьей, полковничьей зарплате.

Сами дети солнца не кумарили почти – религия и барон запрещали. А вот местным жителям, бобруйчанам, – всегда пожалуйста, по первому требованию! Любая доза за ваши деньги…

Причем, в «мелком» распространении «таборские» тоже почти не участвовали – задействовали для этого местных белорусов.

«Уйти в улёт» – так на языке бобруйских наркоманов означало «посетить Титовку».

Толкачи, банчилы, фармацевты, бегунки, беруны, гонцы, абстине́нты, а также рядовые потребители, всякого рода «Бэны» и «Джоны», – для всех Титовка была священным местом, Меккой!

Иллюзорной, галлюциногенной, астральной, фантасмагорической, «улетающей» Титовкой…