Домой Культура Пять счастливых дней для театралов

Пять счастливых дней для театралов

18 декабря завершился 4-й фестиваль национальной драматургии имени Дунина-Марцинкевича, проходивший в Бобруйске
Пять дней напряженной, порой изматывающей, работы для организаторов и участников; пять счастливых дней праздника, пиршества для настоящих театральных гурманов. Каждый день предполагал показ 3-4-х спектаклей, их обсуждения, публичные читки пьес молодых драматургов и прочую культурную программу. Планировалось участие 14-ти театров из Беларуси и трех сопредельных с ней стран с 14-ю спектаклями. Однако два театра (Белорусский поэтический театр одного актера «Зьніч» и харьковский театр «вО!») по разным причинам не приехали, чем хоть как-то облегчили жизнь организаторам и театральным критикам, потому как, уж очень плотным выдался фестивальный график. При всем желании физически присутствовать на всех спектаклях, проходивших на трех сценических площадках, было невозможно.
Во многом, запевалой 4-го фестиваля стал один режиссер заслуженный деятель искусств Беларуси Виталий Барковский, некогда работавший не один год в нашем театре, а ныне главный режиссер Смоленского государственного драматического театра имени А. Грибоедова. Его спектакль «Страцім-лебедзь» по пьесе Юрия Сохаря, поставленный в областном театре драмы и комедии имени В. Дунина-Марцинкевича, шел в связке с торжественной церемонией открытия фестиваля, а постановка «Этюды любви» по пьесе Алены Поповой из репертуара смолян была приурочена к церемонии закрытия фестиваля и завершала его программу. Но Виталию Михайловичу принадлежит не только обрамление театрального форума, но и его, пожалуй, самый яркий бриллиант спектакль «Привет, Альберт!» по пьесе того же Сохаря в исполнении актеров Национального академического театра имени Я. Коласа из Витебска

Хедлайнер Барковский

Еще одним хедлайнером феста, но со стороны драматургов, должен был стать Сергей Ковалев, чье имя также трижды значится в фестивальной афише «Магічнае люстра пана Твардоўскага», «Сестры Псіхеі» и «Трыстан и Ізольда». Однако, как отмечалось выше, харьковчане с последним спектаклем не доехали, и, таким образом, два белорусских драматурга представили в программу фестиваля по две пьесе, остальные авторы по одной.
Очень тепло встретила публика работу дунинцев в «Страцім-лебедзе» о жизни и смерти белорусского поэта Максима Богдановича. Овации и возгласы «Браво!» не стихали долго. И действительно, этот спектакль предстает, во многом, этапным для бобруйского театра, в первую очередь, для актеров, занятых в нем. Окунуться в необычную манеру сценического существования, свойственного большинству постановок Барковского дорогого стоит! Спектакль-сон, спектакль-галлюцинация теряющего сознание, покидающего этот мир творческого человека. В этой канве не потерялся никто из появлявшихся на сцене исполнителей, а Евгений Ракицкий, Ольга Матвеева, Александр Парфенович и некоторые другие вовсе чувствовали себя, как рыба в воде. Спектакль пропитан декадентским духом того времени, но взывает к корневым, экзистенциальным вопросам человеческой жизни (наверное, поэтому он был так как тепло принят зрителями). На глазах у них постановщик, словно маститый терапевт, проигрывает психодраму жизни поэта, вскрывает корни его «лермонтовского» мироощущения и причины болезни, повлекшей утрату этого красивого и талантливого Лебедя. Впрочем, многие критики посчитали, что этот спектакль, скорее, напоминает режиссерское высказывание, нежели постановку пьесы
В аналогичном ключе решен спектакль «Привет, Альберт!» от этих же авторов, но в исполнении коласовцев. Перекличка между этими двумя постановками столь голосистая, что складывается ощущение диптиха. Просто драматург и режиссер переводят взор от одной выдающейся личности к другой от Альберта Эйнштейна (поскольку постановка витебчан первична) к Максиму Богдановичу. Отличие в глубине проработки и внедрения пластических, сценографических и актерских приемов, да еще в понимании стиля (Виталий Барковский много лет был главным режиссером академического театра имени Я. Коласа), актеры здесь просто купаются в этом материале. Беда только в том, что немногочисленные зрители, пришедшие в этот вечер во Дворец искусств, не смогли испытать чудо единения с творцами спектакля, а могут лишь догадываться о той магической силе воздействия, которое он в себе несет. Дело в том, что в зал нагнали школьников (разумеется, к числу зрителей их отнести нельзя), которые, практически, сорвали спектакль. В ходе него стоял почти непрерывный галдеж, смех, выкрики, хождение, в общем типичная атмосфера колхозного клуба (может быть, единственное отличие состоит в том, что семечки не лузгали и не плевали на пол, и то под вопросом), а вовсе не театрального фестиваля с участием академического театра.

«Свінтусы Грандыёзусы», или «Бобруйский вариант»

Аналогичная судьба была уготована еще, по крайней мере, двум спектаклям, прошедшим в утреннее и дневное время, но уже на главной фестивальной сцене «Магічнае люстра пана Твардоўскага» Гродненского областного театра кукол и «Свінтус Грандыёзус, альбо Хто смяецца апошнім» Минского областного драматического театра из Молодечно. В этой связи можно лишь угадывать высокий художественный потенциал гродненского спектакля, затрагивающего серьезные нравственные вопросы. Главный режиссер театра Олег Жюгжда создает инфернальную или средневековую атмосферу, используя для этого целую россыпь технических и эстетических приемов это, конечно же, куклы, мультимедийные заставки, дым и пр. Много дыма на сцене было и у молодечненцев, но их «Свінтус Грандыёзус» по Кандрату Крапиве, относящийся к классике белорусской драматургии, выглядел несколько устаревшим. Притом, что были вполне очевидны некоторые аллюзии
Говорить что-то большее не рискну, ввиду балагана, творившегося в зрительном зале. Любопытно, что подобное происходит уже на третьем бобруйском фестивале кряду, только на последнем оно расцвело буйным цветом Винить детей в том, что они не умеют себя вести в театре, глупо. После каждого из сорванных спектаклей я разговаривал с ребятами и девчатами, интересовался из каких они школ. Оказалось, билеты они покупали за свои деньги по разнарядке, приходили в добровольно-принудительном порядке, хотели бы уйти и не мешать другим, но побаивались, так как находились в сопровождении педагогов. По сути дела, их обманули, всучили квитки на непонятно (для них) что, отправили туда, не знамо куда. При этом в проигрыше оказались не только они, а буквально все заинтересованные зрители, артисты, члены жюри, да и организаторы, заработавшие себе такими аншлагами весьма сомнительное реноме.
В этом ряду удивительное исключение составил просмотр спектакля латвийского театра-студии «Йорик» «Оскар и Розовая Дама», также показанный в дневное время со всеми вытекающими отсюда последствиями. Тем не менее, прежнего балагана во время спектакля не было, а исповедь умирающего от неизлечимой болезни 10-летнего мальчика в 14-ти письмах к Богу нашла отклик у подростков, заполнивших зал. Во многом, в силу возраста, а также, благодаря короткой преамбуле режиссера-постановщика Айвара Пецки и замечательной актерской игре актера Владимира Петрова в роли заглавного героя Оскара, по сути дела, вытянувшего на себе весь спектакль.

Приятный сюрприз

Немало отличных актерских работ было и в других постановках. Однако великолепным актерским ансамблем отличается еще одна работа Барковского «Этюды любви», спектакль уже отмеченный в этом году призом за лучшую режиссуру на фестивале «Славянские театральные встречи» в Гомеле. Столь же целостными выглядят творения Могилевского областного драматического театра «Кавалер роз» (режиссер Валентина Еренькова) по пьесе Андрея Курейчика и «Сестры Псіхеі» (режиссер Сергей Ковальчик) Республиканского театра белорусской драматургии из Минска. Двойственное впечатление оставил спектакль «Цветы провинции» (режиссер Витаутас Григалюнас) Полесского драматического театра из Пинска по пьесе Георгия Марчука. С одной стороны несуразная сценография, с другой фотографии и видеосъемка спектакля одни из самых красочных. С одной стороны полное ощущение, что конечный продукт не совсем фестивальный, с другой столь же полное осознание, что режиссер добился, чего хотел
Был уготован на 4-м дунинском фестивале и приятный (по-моему, для всех без исключения) сюрприз читки актерами на зрителя пьес молодых белорусских драматургов. Все четыре проходили на малой сцене театра, и нашли живой отклик и поддержку, как зрителей, так и специалистов. Думается, что этот новый для фестиваля формат приживется и перекочует на следующие форумы-смотры белорусской национальной драматургии. Ведь ближайший из них, как было обещано министром культуры Беларуси Павлом Латушко, уже не за горами всего через два года.

Александр БОГДАНОВИЧ.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Напишите свой комментарий!
Введите здесь ваше имя