Домой Блоги Правдивая история, или грустное ретро – IV: Расстрел – по-братски

Правдивая история, или грустное ретро – IV: Расстрел – по-братски

                       (Часть четвёртая, дополнительная)

Расстрел – по-братски

                                             Читательнице Татьяне, лично

I.

Валерий Ступаченко, блог, расстрел по-братски, коммунисты, фашистская Германия

«После подписанного в августе 1939 года Лаврентием Берия и Генрихом Мюллером (тем самым!) договора о сотрудничестве между НКВД и Гестапо, в декабре 1939–январе 1940 состоялась большая и «плодотворная» конференция этих известных, человеконенавистнических спецслужб. Причём – в оккупированной Польше, в городе Кракове и курорте Закопане.

Тема конференции? Это военная тайна! Но, видимо, о творчестве Рембрандта и Микеланджело…  Или о влиянии гамма-лучей на цветение лунных маргариток…»

                     (Фрагмент из блога, опубликованного в «БК»
полтора месяца назад, 13 июля с.г.)

 

В то время я – по «форменным» причинам – решил не «тратиться»  на подробности этой акции по профессиональному обмену опытом заплечных дел мастеров из дружественных государств со схожими режимами.

Знал лишь, что обсуждались там взаимный транзит «нужных» людей (агентуры) через свои страны, финансовые вопросы (печатание фальшивых долларов), партнёрские операции по обезвреживанию англо-американской агентуры, некоторые совместные «точечные» силовые акции, идеальное сочетание напряжения (в вольтах) и силы тока (в амперах) при пытках электричеством, чтобы «клиент» не умирал прежде, чем развяжет язык, улучшенные модели запоров в наручниках, а также обмен другой, взаимно интересующей друг друга технической информацией, новинки в наркологической и психотропной медицине, и т.д., и т.п. (Вот такие, стало быть, разговоры вело тогда «государство для народа» с записными фашистами).

Даже тема меню – в калориях – отдельно для подследственных и отдельно для осуждённых (в своих узилищах, на Лубянке в Москве, и на Принц-Альбрехт-штрассе в Берлине) была затронута…

Ну, и кому это сейчас, почти через 80 лет, могло быть интересно?

Но тут вышел на связь мой старинный, ещё из XX-го века, товарищ с Украины, из Львова, читатель «БК» и дал несколько ссылок на сайты тех историков, что занимаются этими вопросами гораздо серьёзней, глубже и профессиональней, чем другие.

Много там есть удивительного, и, на первый взгляд, просто откровенно фантастического. Шокирующего! Но, разумеется, – подтверждённого подлинной архивной информацией.

Сам легендарный сталинский военно-шпионский графоман-лауреат Николай Шпанов (предтеча современного Н. Чергинца, так сказать) с его «Заговорщиками», «Поджигателями» и «Первым ударом» там и близко не стоял…

Один из таких сюжетов, хоть и в сокращении, предлагаю читателям «БК».

II.

В период между Первой и Второй Мировыми войнами (1918 – 1939) Европа была предельно политизированной. Вдохновлённые коммунистической революцией в России в 1917 году, европейские коммунисты тоже вполне серьёзно объявили войну своим, местным, капиталистам.

Советской военной разведке – раздолье.  Сотни, тысячи убеждённых коммунистов в европейских странах с радостью становились её агентами. А люди с твёрдыми убеждениями и принципами – это большая удача и – «стальной» кадровый каркас любой разведки мира.

(Тем, кто «работает» только за деньги, доверия везде и всегда было гораздо меньше).

Но ради дела, для маскировки, будущей агентуре нужно было публично заявить о своём разочаровании в марксизме-ленинизме, покаяться в заблуждениях молодости  и выйти из местных коммунистических ячеек.

Большинство агентов делало это без возражений, легко и просто, ведь это была всего лишь игра, детектив, маскировка, военная хитрость ради будущей сокрушительной победы над классовым врагом, над проклятыми капиталистами…

Но иногда попадалась и идейная, принципиальная публика. Одна успешная разведгруппа, дающая очень нужную и ценную информацию в области разработки экспериментальных реактивных авиационных двигателей, согласилась на этот шаг только после долгих уговоров, и то при условии, что взамен выхода из германской компартии её тут же, в полном составе, заочно, примут в Москве в компартию советскую, т.е. в ВКП(б).

(Кстати, двое членов этой группы в скором времени вошли в состав легендарной разведывательной организации «Красная капелла» А. Харнака, воспетой через много лет после войны в кино и в литературе).

Делать было нечего. Специалисты по подделке документов в советской военной разведке (далее для краткости – РУ ГШ, а по современному – ГРУ), плюнув на этих несговорчивых и принципиальных немцев, отшлёпали в Москве с десяток партийных билетов, и переслали их с дипломатической почтой в резидентуру ГРУ при советском посольстве в Берлине.

На очередной конспиративной встрече офицер ГРУ, работавший в посольстве под дипломатическим прикрытием, радостно сообщил, что их просьба удовлетворена, и торжественно продемонстрировал «бойцам невидимого фронта» новенькие партийные билеты членов ВКП(б).

«От души» поздравив товарищей по борьбе, он сообщил им, что, в виде исключения, за выдающиеся заслуги перед ГРУ, они приняты в ряды ВКП(б) без прохождения обязательного (по уставу) кандидатского стажа, а билеты им, в виде особой милости, подписал лично сам товарищ Сталин, как Генеральный секретарь ВКП(б)!

Но пока, для их же собственной безопасности, билеты будут возвращены в Москву и храниться в Центральном Комитете партии.

После этого радостного события группа стала работать ещё более продуктивнее. И хотя членам группы полагалось солидное денежное вознаграждение за их ударный шпионский труд, они, став правоверными «советскими» коммунистами, отказались брать эти деньги, попросив передавать их на нужды «мировой революции».

Более того, они отдали советскому куратору на эти же «нужды» даже свои собственные сбережения, а также каждый месяц стали дополнительно передавать деньги для оплаты своих партийных членских взносов, и при этом предъявляли документы, подтверждающие правильность расчёта этих самых взносов, включая справки о доходах и копии ведомостей заработной платы.

Всё это отнимало массу драгоценного времени на тайных конспиративных встречах, но группа работала столь продуктивно, что советский куратор, хоть и со вздохом, вынужден был, по приказу резидента ГРУ в Берлине В. Зарубина, терпеть все эти художества и чудачества своей агентуры.

Тем временем гестапо всё-таки вышло на их след.  С большим трудом и с массой приключений наши герои через Австрию, Швейцарию, Францию и Испанию, в которой уже вовсю шла гражданская война, были вывезены в Советский Союз.

Но в Москве их ждал жестокий и подлый удар…

III.

В Центральном Комитете ВКП(б) никто ничего не знал об их партбилетах и об их членстве в партии, – «принимая» агентов «в партию», ГРУ не рассчитывало, что они когда-нибудь окажутся в Москве, и легко пошло на этот обман.

Потрясённые вероломством своих советских работодателей, разведчики объявили групповую голодовку и потребовали встречи лично с шефом ГРУ генералом И. Проскуровым.

Встреча эта состоялась, и, после принесённых извинений, от них были приняты новые заявления о приёме в ВКП(б), но уже с прохождением положенного кандидатского (годичного) стажа.

Случай этот был необычным, потому их заявления разбирались на самом верху, в Центральном Комитете (далее, для краткости – ЦК), и в их присутствии.

Как и положено, кандидатов спросили – состояли ли они раньше в коммунистической партии, и если да, то почему вышли из неё.

С чистым сердцем немецкие товарищи рассказали всё, как на духу:  да, состояли в Германской компартии, но по приказу советских товарищей из ГРУ порвали все связи с ней, со скандалом вышли из неё, и даже сожгли свои партийные билеты.

В высоком кабинете воцарилось зловещее молчание…  В Советском Союзе уничтожение, а уж тем более — собственноручное (!) партийного билета считалось самым страшным грехом…   Даже небрежное хранение этого документа могло навсегда разрушить карьеру, а иногда и жизнь нерадивого коммуниста… А тут – публичное поругание, надругательство и сожжение! Своими руками!!

В итоге ЦК с праведным гневом отклонил заявления этих…  бывших уже, так сказать, агентов…  с просьбой о приёме в славные ряды ВКП(б), как недостойных столь высокой чести – отступников, ренегатов, капитулянтов…

Обиженные в своих самых лучших чувствах, героические разведчики снова объявили голодовку, и на этот раз потребовали встречи лично с товарищем Сталиным.

После такой неслыханной наглости ими всерьёз заинтересовался НКВД (по современному КГБ, а вернее – уже ФСБ. В общем – политическая полиция СССР).

Но ГРУ не могло допустить, чтобы его «кадры» оказались в руках своих извечных конкурентов и соперников из «конторы», поэтому само арестовало «бунтовщиков». Так героические «штирлицы» вместо высоких кабинетов ЦК ВКП(б) оказались в пыточных подвалах ГРУ.

А тем временем политическая обстановка в Европе резко изменилась. Адольф Гитлер стал лучшим другом, союзником и партнёром «товарища Сталина».

В благодарность за всемерную поддержку своих военных «подвигов» в Европе Германия по-дружески продала Советскому Союзу образцы новейших, самых современных боевых самолётов.

Там были и знаменитый истребитель «Мессершмитт-109» в нескольких модификациях (B, C, D, E,),  и «Юнкерсы», 87-й и 88-й, и «Дорнье-217», и «Хейнкель-111», и даже почти секретный «Мессершмитт-110».

Но дополнительно, в качестве небольшой ответной дружеской услуги, «товарищ Гитлер» попросил «товарища Сталина» отдать ему изменников и предателей, т.е. немецких коммунистов, сбежавших с Родины, из Германии, и скрывающихся ныне на территории СССР.

Сталин посчитал, что это выгодная сделка. Теперь, когда Адольф стал другом и союзником, вождь мирового пролетариата больше не нуждался в беглых немецких коммунистах, и с радостью, в качестве доплаты за образцы новейших германских самолётов, отдал их другу Адольфу, в количестве нескольких сотен душ.

Но…  только рядовой состав. Членов ЦК и Политбюро Германской компартии, а также известных журналистов, публицистов и редакторов партийных газет товарищ Сталин решил на всякий случай придержать у себя – кто знает, как они, чересчур грамотные, поведут себя там, в Германии, и что потом расскажут интересного в подвалах гестапо, при  допросах «третьей» степени?

IV

Немецкие партнёры всерьёз обиделись. Тогда товарищ Сталин предложил компромиссный вариант – он пригласил сотрудников гестапо приехать в Москву, чтобы лично расстрелять эту группу немецкой коммунистической «верхушки» на одном из подмосковных полигонов.

Это предложение германской стороной было принято, но при условии, что Советский Союз вернёт на Родину и ту самую группу беглых разведчиков-шпионов, специалистов по авиационным двигателям.

Но тут коса нашла на камень – агенты эти слишком много, просто до неприличия много, знали обо всех тонкостях работы ГРУ в Германии, да и вообще – в Западной Европе.  А поэтому выдавать их гестапо было никак невозможно.

Немецких коллег «с прискорбием» проинформировали, что группа эта в полном составе погибла в Испании, где они, находясь проездом, пожелали принять участие в боях на стороне добровольцев-республиканцев…

Умные немцы зря тратить время на бесполезные споры и уговоры не стали, они повели себя, как настоящие бизнесмены.

Товарищу Сталину был предложен, за ту же цену, ещё один, совершенно уникальный самолёт, в то время – самый быстрый самолёт в мире, «Мессершмитт – 209», если бы каким-нибудь чудесным образом этих беглых агентов всё-таки удалось бы «случайно разыскать».

 

(Для справки.  В те годы, если скорость новой модели истребителя хоть ненамного превышала 500 км/час, он уже считался скоростным.  Скорость же опытного и экспериментального «Мессершмитта-209» составляла… 755 км/час, и была достигнута пилотом-рекордсменом, «немецким Валерием Чкаловым» – Фрицем Венделем, в апреле 1939 года, – в качестве подарка «любимому фюреру» к его 50-летию.

Больше ничего из винтовой техники «выжать» было уже невозможно. На пороге германских авиационных заводов уже стояла техника реактивная – первый в мире серийный реактивный истребитель «Мессершмитт-262» с двигателями «ЮМО» и со скоростью свыше 900 км/час, успевший навести грандиозного шороха в небе Европы с середины и до самого окончания Второй Мировой войны.

И кстати, – именно трофейными двигателями «ЮМО» оснащались первые советские реактивные истребители конца 40-х годов – «МиГ-9», «Миг-15», «Ла-150», «Як-15», «Як-17», «Як-21» . А первая, конца 40-х, версия истребителя «Су-9» и внешне была точной копией трофейных «Ме-262».

А тогда, перед войной, это высокоскоростное чудо техники, «Мессершмитт-209» и решило окончательную судьбу героической разведгруппы.

Советский Союз признал, что, «ах да, оказывается» бывшие агенты всё-таки находятся в Москве, и предложил сотрудникам гестапо расстрелять за компанию и их тоже, – там же, в Подмосковье.

Но, разумеется, в присутствии советских коллег, и при этом, само собой, – не допрашивая.  Немецкая сторона все эти условия приняла…

Казнь состоялась под огромными угольными бункерами Каширской электростанции, под Москвой.  Офицеры гестапо идентифицировали каждую жертву, фотографировали её в профиль и в анфас, а затем расстреливали в упор.

Звуки выстрелов глушились громкими гудками специально подогнанных к месту экзекуции паровозов, в обычные дни привозящих уголь. После окончания мероприятия тела расстрелянных были сожжены в печах электростанции.

Обе стороны – советские товарищи, с горячими сердцами, холодными головами, и «с чистыми руками», и их германские коллеги из ведомства группенфюрера (генерал-лейтенанта) Генриха Мюллера, – были удовлетворены полностью.

В последующие несколько дней гости из гестапо с интересом, с удовольствием знакомились с достопримечательностями советской столицы, будучи принятыми их новыми советскими товарищами со всей русской хлебосольностью.

А в следующем году Вторая Мировая война пришла и на территорию Советского Союза…

В этой нелепой, жалкой истории советские разведчики, немцы по национальности, совершили несколько типичных ошибок, присущих тому времени.

Они поверили в идеи коммунизма – величайшего шарлатанства XX-го века.
Они доверили свои жизни советским коммунистам.
Они стали сотрудничать с советскими спецслужбами, не зная того, что те действуют предельно прагматично и цинично – каким бы хорошим не был агент, начальство всегда продаст его без малейших колебаний, если выгода от этого шага  превысит его негативные последствия.
У коммунистов, а особенно – у идейных коммунистов, это – правило без исключений…

P. S. В 1989 году, на IX съезде СЕПГ (Коммунистической партии ГДР) было объявлено, что перед самой войной, в результате сталинских репрессий, в Советском Союзе погибли 242 руководящих деятелей германской компартии и видных немецких антифашистов…

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Напишите свой комментарий!
Введите здесь ваше имя