Домой Общество Красноармеец 41-го Михаил Мезяк: «Без оппозиции ни одно государство не может нормально...

Красноармеец 41-го Михаил Мезяк: «Без оппозиции ни одно государство не может нормально развиваться…»

Михаил Мезяк не просто БНФ-овец, а самый старейший БНФ-овец Бобруйска.Михаил Мезяк не просто БНФ-овец, а самый старейший БНФ-овец Бобруйска.

В представлении многих людей БНФ-овцы — это люди-отщепенцы, далекие от народа и стремящиеся посеять смуту в государстве.

85-летний бобруйчанин Михаил Мезяк не просто БНФ-овец, а самый старейший БНФ-овец Бобруйска. Подходит ли к этому человеку модный ныне ярлык «платного» пропагандиста»?

Михаил Мезяк прошел Великую Отечественную войну с самого ее начала — «красноармеец 41-го года». После войны долгое время работал в органах Министерства внутренних дел.

Он стоял у истоков зарождения Белорусского Народного Фронта Бобруйске. Михаил Александрович был участником I съезда БНФ в Вильнюсе. На груди у него рядом с боевыми наградами всегда бело-красно-белый значок.

— Я родом из Западной Беларуси, родился на хуторе Барановичского района, — рассказывает Михаил Александрович. — В 14 лет я уже ходил за плугом. Мои родители много работали, и наше подворье было хорошее. Жизнь при польской власти была намного лучше, чем та, которая началась при колхозах. На помещиков работали батраки, но по сравнению с колхозниками они были куда богаче.

— Тогда мы чувствовали себя свободными,- резюмирует Михаил Мезяк. — Мы трудились для своего блага и государства. Налоги были небольшими. Белорусов поляки не унижали, относились к нам хорошо.

Я окончил семилетку и гимназию князя Радзивила в Несвиже, кстати, на полном содержании князя (одевали, обували, кормили и учили бесплатно). В гимназии я учился на юриста, по ее окончании поступил в колледж в Варшаве. В 1939 году, во время войны, шел пешком с Варшавы до Белостока. Там встретился с другом по хутору, и тот мне рассказал: «Твоих всех раскулачили и сослали на Соловки».

Друг предложил идти на Запад, но я его не послушал. По дороге встретил четырех польских моряков, которые отобрали мой паспорт. Что было делать? Все же решил направиться в Минск. Приехал, походил по городу, потом сел на порожняк и поехал в Смоленск, и дальше — в Москву.

Боевые действия тем временем шли полным ходом. Многие люди бежали от войны, а Михаил Мезяк наоборот — пошел на войну.

В Москве организовывалась VII танковая армия генерала Ротмистрова, и Михаил добровольно пошел в армию (его взяли по институтским документам). Первый бой встретил на Калининском фронте, потом был Брянский, затем перебросили в Ростов-на-Дону.

— Там был сформирован корпус, — вспоминает ветеран войны. — Помню, как мы совершали марш-бросок по снегу на танках. Вступили в бой и выбили немцев с Калача (60 километров от Сталинграда). Дали нам три дня отдохнуть, а затем приказали захватить районный центр Зап. Танкисты не боятся открытой территории, но не любят уличных боев, ибо не знают, откуда по ним ударят. Так случилось и с нашим танком — удар последовал внезапно. В бак нашего танка попал снаряд с горючим. Экипажу я дал команду вылезать через люк, а сам выскочил через башню, но попал под прицельный огонь. В результате я был ранен, контужен, двое суток пролежал в снегу. На мне были ватник, валенки, поэтому удалось не замерзнуть… Когда меня наши нашли, отправили самолетом в Баку. Три месяца пролежал в госпитале, затем опять фронт — уже Волховский. Впоследствии фронт соединился с I Ленинградским… В составе армии генерала Батова освобождал Витебскую область, потом Минск, Барановичи, Лиду, Вильнюс, Каунас. Из-за отставания тылов стояли в обороне, а затем пошли в наступление на Восточную Пруссию и Кенингсберг. Закончил войну в звании капитана.

С армией Батова в сентябре 1945 года приехал в Бобруйск. Однако судьба распорядилась так, что поехал служить в Забайкалье военным юристом, где прожил 13 лет. Затем Михаила направили на учебу в Москву.

— Однако учиться там не стал,- рассказывает он, подумалось, что лучше поеду в родную Беларусь, где мне предложили работу на выбор сразу в трех белорусских городах. Выбрал Бобруйск, в который пришел после войны с армией. До пенсии работал в органах Министерства внутренних дел.

Михаил Александрович считает себя патриотом своей Родины — Беларуси.

— Без оппозиции ни одно государство не может нормально развиваться, — говорит он. — В нашей стране она была и будет, как бы этого кто-то не хотел. Бобруйской оппозиции мешает власть. Нам не разрешают проводить массовые мероприятия, у нас нет возможности потребовать от чиновников выполнения законов. Оппозиция — это часть народа и поэтому к ней нельзя не прислушиваться.

Сейчас Михаил ведет разъяснительную работу в профсоюзе предпринимателей ценртального рынка.

— Они платят большие налоги в местный бюджет — 1,5 миллиона рублей, — объясняет он. — За счет него бюджетники получают зарплату. А это учителя, врачи, весь бюджетный аппарат города.

Из лидеров нынешней оппозиции Беларуси Михаилу Александровичу импонирует председатель Партии БНФ Левон Борщевский. А вообще, на его взгляд, лидерам оппозиции не хватает энергичности.

— Если человек пошел по этому пути, он должен работать с народом, — считает Михаил.

— Вот, например, не лежит у меня душа к Александру Милинкевичу — и все. Поездил по заграницам, собрал политический капитал, но я никогда не видел его на проходной фабрики или завода.

Никогда в жизни я не критикую оппозицию в целом, а лишь отдельных ее представителей, которые не умеют или не хотят работать. Их немного, но я считаю, что они работают только на себя. Оппозицию нужно обновлять. А из тех, кто уже находится в обойме, кроме Левона Борщевского, я бы выделил еще таких политиков, как Александр Козулин и Александр Войтович…

Степан ШКЛОВСКИЙ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Напишите свой комментарий!
Введите здесь ваше имя